– Вот оно! – радостно воскликнул Мокренко.

– Ну-ка, дай сюда! С чего ты решил, что это то самое? Мало ли тут было всякого стекла! – заинтересовался Филька и, подбежав, первым схватил зеркало.

Он ожидал увидеть в нем свою физиономию со встопорщенной шевелюрой, но именно ее-то зеркало упорно не отражало, хотя все остальное: небо в рябых тучках, забор, торчащее гнилое бревно – было на своих местах.

– А меня тут нет! – сказал Филька, прикидывая, не стал ли он сам упырем или на худой конец привидением. А то ведь с кем поведешься, от того и наберешься.

– Дай посмотрю!.. Ого, и меня не отражает! А раньше отражало! – возмутился Мокренко. – Давай кокнем его о кирпичи и домой пойдем.

– Кокнуть его мы всегда успеем. Зачем-то же череп советовал его взять. – Хитров осторожно поместил осколок между страницами учебника по математике и убрал его в сумку.

Попутно он обнаружил, что куртка, колени, ладони – все покрыто размокшей глиной, к которой ухитрились приклеиться несколько листьев. Грязь начинала уже подсыхать.

– Вот тебе и прогуляли физру, – буркнул он. – А тут еще представишь, какая нас ждет ночка: хоть сразу в гроб ложись.

Глава 3

ЧЕРНАЯ ПЕРЧАТКА

Мама отправила девочку в магазин за тортом.

«Только не садись в такси с черными шторками!» – предупредила она. «Ладно, не буду», – пообещала девочка.

Когда она вышла из магазина, к ней подъехало такси с черными шторками.

«Девочка, садись, подвезу!» – раздался из такси хриплый голос.

«Не сяду!» – сказала девочка, но тут пошел дождь. Девочка испугалась, что промокнет, и села в такси. Дверца захлопнулась. Такси с черной шторкой захохотало и пропало.

Мама долго ждала дочку, а потом вышла из квартиры и увидела, что на коврике стоит коробка с тортом. В коробке лежал бантик ее дочки, две косточки и записка: «Не садись в такси с черными шторками!»